СКАЗКИ, ЛЕГЕНДЫ И МИФЫ

Когда сидишь в колодце, тебе кажется, что он и есть весь мир.
В колодце ничего не меняется, там всегда темно, сыро, скучно и одиноко.
Зато спокойно и безопасно. Зачем что-то менять?

Конечно, где-то внизу плещется вода, а снаружи воет ветер. И, если прислушаться, то может показаться, что где-то есть и другие люди, и они живут другой, интересной жизнью. Порой мелькнет нелепая мысль – «А не выбраться ли мне из колодца?», но ты тут же ее гасишь сотней разумных возражений. Там ведь наверняка подстерегают опасности, к которым ты не готов. Там может быть холодно или жарко, вой ветра может оказаться криком голодного зверя, а голоса людей – всего лишь обманом расшалившегося воображения. Здесь хорошо, тихо, комфортно. Сиди себе и старей потихоньку – все равно ведь рано или поздно тебе придется умереть, а так – и могилу рыть не надо, и на памятнике можно сэкономить, что при нынешних ценах немаловажно.

В колодце приятно быть несчастным, непонятым и одиноким. Можно долго думать о бессмысленности жизни, о своей бесполезности. Можно даже додуматься до того, что ты в этом мире один, и больше никого нет. Можно решить, что и тебя тоже нет.
И это будет правдой – ведь в твоем мире, Мире Одного Колодца, ты действительно один, а поскольку ты здесь – то в каком-нибудь другом мире тебя нет и быть не может.

Я не помню, сколько я сидела в колодце – там ведь нет времени, там никогда ни на что нет времени. Зато отлично помню, как я из него выбиралась.
Дело в том, что от пребывания в сырости у меня появился жуткий ринит. Я, конечно, капала нос, пила какие-то лекарства и перевела кучу платков, но ничего не помогало. Ходить сопливой было неприятно даже зимой, а таскать пару платков и флакончик назального спрэя летом – и вовсе постыдно.
Тогда я вычитала в одной умной книжке, что свежий воздух и солнечный свет – лучшие лекарства, и отправилась на их поиски. Но в колодце не оказалось ни того, ни иного!
Я тоскливо посмотрела вверх, и минут через десять увидела что-то, похожее на край колодца (по крайней мере, так его рисовали в другой умной книжке с картинками).
Представив, сколько мне придется ползти вверх, упираясь спиной и ногами в края колодца, я пришла в отчаяние. «А нужно ли это мне?» – тоскливо подсказала лень.
«Нужно!» – упрямо заявила я и поползла вверх.
Когда я думала, что будет сложно, я ошибалась. На деле все было гораздо хуже!
Вялое тело не желало ползти вверх, стенки колодца оказались скользкими, к тому же из каждой щелочки выглядывали мерзопакостные сороконожки и пауки, пугая до полусмерти. Но больше всего меня расстроил небрежный взгляд вниз: оказалось, что дно колодца всего в полуметре от меня!
Я оставила нелепые попытки и крепко призадумалась. Результата это не дало, тогда я изучила еще пару книг, не казавшихся мне уже очень умными, и выработала свою стратегию: смотреть только вверх, пауков считать иллюзией, край колодца признать основополагающей целью существования, а лень назначить главным врагом.
Дело пошло не намного лучше, зато было приятно думать, что я не просто дурью маюсь, а борюсь со страшным врагом во имя великой цели.
Край колодца медленно приближался, воздух стал чище и приятней, светлее и теплее, и мне неожиданно пришла в голову мысль, что там, наверху, кто-то должен быть. И если он там есть, то наверняка знает, как можно выбраться из колодца.
Я крикнула «Помогите!», и услышала что-то похожее на «Держись за веревку!».
Веревка действительно болталась рядом, но мне как-то не приходило в голову, что она может пригодиться. Да и страшновато было менять способ передвижения, тем более что он был эффективным, хоть и изнуряющим.
Лень моментально подключилась к моим размышлениям, высказавшись не в пользу веревки. Естественно, я взялась за веревку (правда, исключительно назло).

Теперь край колодца приближался чрезвычайно быстро, пока не приблизился совсем.
Я радостно в него вцепилась, немного подергалась и поняла, что не могу выбраться.

автор admin \\ теги: Разные сказки

ЛЕТО КОНЧИЛОСЬ

Сегодня утром ледяной сквознячок задул в нашей хижине, просочившись сквозь шкуры, которыми она покрыта.

Папа Большая Рука, завернувшись плотнее в теплое меховое одеяло, сказал:

— Лето кончилось. Пора возвращаться…

Я понял, что через несколько дней настанет время сворачивать охотничий лагерь у берегов Голубого озера.

— Как там дела с вяленым мясом? — выясняет папочка, чмокнув маму Тигру в волосатую щечку.

— Хорошо. Запасы на зиму почти готовы, — отвечает мама Тигра, тоже чмокнув папочку в широкий носище.

Тут шкура, закрывающая вход, отодвинулась, и в хижину вошла бабушка Хворостина.

— Бабушка, — продолжает допытываться папа, — что у нас там со шкурами?

— Дожевываем…

Да-да: летний охотничий лагерь — хорошо отлаженный механизм, тут каждый при деле, у каждого своя, совершенно определенная задача.

Мужчины охотятся; женщины нарезают мясо на куски, потом провяливают, а еще выскребают шкуры; беззубые же бабушки разминают их деснами, чтобы стали мягче.

Есть еще старейшины; их главное занятие — брюзжать, и мы, дети, прилагаем все усилия, чтобы они не прекращали этого делать.

Например, вчера утром, взяв осколок кремня, предназначенный для резьбы по дереву, Рысь подпилила шест, на котором держалась хижина, где живут Насупленный Лоб, Испепеляющий Взглядом и Рука-на-рас-праву-легка.

Так что сегодня утром, когда три старикана поднялись, хижина завалилась, и они долго барахтались среди шестов и шкур.

Рука-на-расправу-легка гнался за нами и вопил:

— Я вас видел, так и знайте! Вот погодите: я вам покажу, где раки зимуют!

Но, к счастью, гроза миновала, и вот мы вместе с остальными укладываем вяленое мясо, шкуры и утварь — все, что должны будем тащить на себе до зимнего стойбища.

Вообще-то я рад, что мы возвращаемся.

Я очень соскучился по Умнику, моему другу-изобретателю; по прекрасной Неандерталочке, которую не видел уже больше трех лун, а еще по Угольку, Попрыгунье, Медвежонку…

По Щегольку — ничуть: без него я отлично могу обойтись! Я знаю, что он вместе со своим отцом ходил на юг, а родители Неандерталочки с дяденькой Бобром охотились на росомаху.

Как же мне хочется увидеть ее снова!

А пока что меня окликает Блошка:

— Неандертальчик, поможешь собирать чернику?

— Ладно, — бурчу я.

О-ох! Собирать, собирать, собирать…

Конечно, хорошо, когда на зиму имеется изрядный запас черники и прочих ягод, а также ивовой тюри, но нельзя же все лето собирать и собирать без конца, что бы там ни говорила тетушка Бурундучиха.

Поэтому очень скоро мы с Березкой, Рысью и Буйволенком смываемся.

— Что будем делать? — спрашиваю я.

— Пойдем разбудим Жирного Быка, — предлагает Рысь.

— Давайте…

Лизунчик бежит за нами, виляя хвостом. Он вырос, окреп, и если бы не резвился без конца да не прыгал вокруг каждого встречного, норовя лизнуть в лицо, вполне мог бы сойти за настоящего волка.

Тетушка Бурундучиха страшно довольна тем, что Лизунчик сгрызает все кости; обычно к концу лета охотничий лагерь ими буквально зарастает, и на эти отбросы тучами слетаются мухи, слепни и оводы. Она считает, что Березке пришла в голову грандиозная мысль, и если девчонке удастся приручить еще парочку волков, проблемы с очисткой стойбища решатся сами собой.

Старейшины от подобных речей просто звереют. Да, следует признать: всякое нововведение на нашем стойбище встречает яростный отпор!

Далее »

автор admin \\ теги: Лучано Мальмузи

У одного царя на голове росли рога. Но никто не знал этого, никому не показывался царь без короны. Цирюльников же, которые его стригли, царь тотчас обезглавливал, чтобы они не разнесли весть о его позоре. Дошла очередь до одного бедного цирюльника. Знает он, что никто живым от царя не ушел, попрощался с родными и приготовился к смерти. Пришел, стал стричь царя и видит — рога. Удивился цирюльник, но не подал вида и ничего не сказал. Понравилось царю поведение цирюльника, решил он не убивать его и говорит:

— Если только проговоришься где о том, что видел, тотчас голову сниму! — и отпустил его.

Приходит цирюльник домой, окружили его все, спрашивают, как он спасся. Молчит цирюльник, не издает и звука, боится. Стал он пухнуть, распирает его от желания рассказать, что у царя рога растут. Молчал, молчал, да так его раздуло, что живот до подбородка дошел, нет сил больше терпеть, вот-вот умрет. Пошел цирюльник в болото к тростникам, взял один стебель, огляделся кругом, нет ли кого, и прокричал:

— У нашего царя растут рога!

Прокричал, и тотчас полегчало, опал живот, выздоровел цирюльник. Случилось так, что один путник срезал тот стебель, сделал из него дудку и дунул в нее. Пропела дудка:

— У нашего царя растут рога!

Собрался народ. Все узнали про позор царя, смеются, а дудка поет себе:

— У нашего царя растут рога!

Дошло до царя, что на всех площадях кричат о его рогах. Рассвирепел царь, велел привести цирюльника.

— Это ты рассказал всем о моих рогах?

— Нет, — говорит цирюльник, — я, никому не рассказывал.

— Отчего же дудят все, что у меня рога растут?

— Хорошо, — говорит цирюльник, — вызовите того, кто дудит, возьмите у него дудку и дуньте в нее сами, увидите, прав я или нет.

Приказал царь — принесли дудку. Взял царь, дунул в нее, и пропела она при всем честном народе: «У нашего царя растут рога!».

Обозлился царь, но не мог он казнить цирюльника за то, что сам же всенародно объявил.

Так спасся умный цирюльник.

автор admin \\ теги: Грузинские народные сказки

Жил один вор. Звали его все большим вором. Однажды отправился он воровать в один город. Много ли он ходил или мало — встречает одного человека. — Здорово! — Здравствуй! — Как тебя зовут и какое твое ремесло? — спрашивает большой вор.

— Мое ремесло — воровство, а зовут меня малым вором, — говорит тот.

— И я вор. Так давай побратаемся. Хорошо?

— Хорошо!

Побратались и отправились воровать. Дорогой говорит большой вор:

— А ну, покажи, хорошо ли ты воруешь? А малый вор отвечает:

— Не мне тебя учить, ты большой вор, покажи прежде, как ты воруешь. Согласился большой вор. Вот видят они — сидит на тополе голубь, воркует. Большой вор и говорит малому:

— Я влезу на этот тополь, подкрадусь к голубю и так повыдергиваю у него весь хвост, что он и не заметит.

Сказал и полез на дерево.

Не дополз он и до половины, как малый вор тихонько подкрался к дереву, взобрался на него и, пока большой вор выдергивал голубю хвост, успел снять с него штаны. Снял, спрятал в карман и тихонечко слез с дерева. Слезает с дерева и большой вор, показывает малому вору голубиный хвост, гордится, а малый вор вытащил из кармана штаны и подает большому. Остался большой вор в дураках. Потом сказал:

— Как меня ни хвалят, а ты, видно, почище меня. Так испытали они друг друга и пошли дальше. Дорогой спрашивает малый вор большого:

— Сегодня где воруем?

— Что нам далеко ходить, — отвечает большой вор. — Сегодня казну царя этого города обворуем.

— Хорошо, — согласился малый вор.

Остановились они в том городе. Только стемнело, достали воры два больших мешка и пошли в царскую казну.

Пришли, и говорит малый вор:

— Ты влезай в казну, выгребай деньги, а я буду мешки наполнять. Нет, не согласен большой вор:

— Ты меньше меня, тебе легче влезть, а я здесь подожду. Говорил, говорил, уговорил малого.

Залез малый вор в казну, выгребает деньги. А большой стоит на дворе и мешки набивает. Набил оба мешка, подал знак малому вору. Вышел тот, взвалил мешки на спины, и пошли себе домой.

Наутро пожаловал царь в свою казну. Посмотрел и ахнул от удивления. Вызвал своих советников и стал совещаться. Подумали советники, подумали и придумали: принесли они большой чан, зарыли его в землю у самого входа и весь дегтем залили.

На другой день говорит малый вор большому:

— Вчера я лазил в казну, сегодня тебе лезть, твой черед.

Согласился большой вор, пошел — и только ступил ногой, как оступился и провалился во что-то липкое.

Подбежал малый вор, тянет его, бьется, — нет, никак не вытянет друга. Только и видна у вора одна голова — по горло в дегте сидит. Тут и утро пришло. Что делать малому вору? Не стал он долго думать — хватил большого вора кинжалом, отрезал ему голову, отнес и спрятал так, что никому не сыскать.

Потом пошел к жене большого вора и рассказал ей, что и как с ним было: «Оставь я его живым, вытащили бы его, все бы заставили рассказать — всех бы нас переловили и перебили».

Наутро доложили царю:

— Попал в наш капкан вор, да только без головы. Пожаловал царь, смотрит, удивляется:

— Слава тебе, господи, не знал я, что и безголовые воры бывают. Потом приказал:

— Возьмите труп этого вора и вынесите на площадь, а кругом караульных расставьте. Кто пройдет, увидит его и заплачет, тот и будет его сообщник, — ловите его и тащите ко мне.

Узнал про это малый вор. Пришел к жене большого вора и говорит:

— Смотри не ходи, как бы не словили тебя. Просит жена большого вора:

— Не могу я, пойду, хоть издали посмотрю на него и поплачу, ничто не заметит.

— Хорошо, уж если не можешь, иди, возьми только с собой кувшин — словно за водой, а как подойдешь, задень ногой камень, урони кувшин, разбей его, потом садись и плачь, будто из-за кувшина убиваешься.

Так и сделала жена большого вора. Поставила на плечо кувшин и пошла. Как подошла к трупу мужа, задела ногой за камень, уронила кувшин и разбила. Присела потом у обломков кувшина и плачет, сама мужа оплакивает, а в плаче кувшин поминает. Наплакалась, облегчила сердце, встала и пошла. А караульные дивятся, что она из-за этого кувшина так убивается.

Прошел и этот день. Пришли караульные к царю, принесли труп вора и доложили:

— Никто этого вора не оплакивал. Одна только женщина проходила, ногой камень задела, кувшин разбила и из-за того кувшина долго убивалась.

Так и схватило царя за сердце. Понял он, из-за чего та женщина убивалась, да уж поздно. Обезглавил царь всех караульных и придумал новую уловку.

Велел он вынести труп вора за город и бросить его в поле — может, окажется кто из близких, захочет выкрасть его. Невдалеке укрыл караульных и велел:

— Придет кто за трупом — вяжите и тащите ко мне.

Узнал про это малый вор, взял осла и погнал его за город. Пришел, остановился недалеко в деревне. Накупил печенья, варенья всякого, наварил кур, индюков, не забыл и вина, уложил все это в хурджин, положил на осла и отправился прямо к царским караульным. Подошел и кричит:

— Гостя не принимаете? Далекий путь у меня, боюсь, как бы ночью не ограбили, пустите переночевать, хорошим ужином угощу.

Как услышали караульные про ужин — свело у всех животы, пустили его. Расселись и принялись ужинать. Достал малый вор вино, подливает и подливает караульным, а сам и капли в рот не берет.

Напоил всех хорошенько и говорит:

— Я теперь лягу, посплю, а вы посмотрите за моим ослом, чтоб не увел кто его. Смотрите — потеряю осла, самому царю на вас донесу.

— Ты спи, не бойся, не такой уж завидный у тебя осел, никто на него не позарится! — говорят караульные.

Лег малый вор, прикинулся спящим, а сам из-под век поглядывает. Недолго продержались караульные, повалились все спать, лежат, как мертвые.

Встал малый вор, взвалил на спину покойника, вынес и положил его на осла. Осла домой погнал, сам вернулся, лег, где лежал, и заснул.

Пригнул осел голову и побежал. Он уже не в первый раз один домой бегал. Прибежал и забарабанил в дверь. Вышла жена большого вора, сняла покойника, уложила его на тахту и стала причитать да плакать. Поплакала, облегчила сердце, потом взяла покойника, разрыла под тахтой земляной пол и закопала его.

Наутро проснулись караульные, будят гостя. Только очнулся малый вор — тотчас хватился осла; смотрят — нет осла.

Закричал малый вор:

— Пойду сейчас к царю, донесу на вас.

А караульные и без того чуть живые оттого, что покойника упустили, тут и вовсе от страха обезумели.

Вытащили деньги, одаривают гостя, просят его — еле упросили. А вору того и надо: и покойника выкрал, и деньги получил.

Явились караульные к царю — всех обезглавил царь,

И тут ничего у царя не вышло. Придумал он новую уловку: велел усыпать всю улицу золотом, по бокам караульных расставить и приказал:

— Стерегите, если кто пройдет и деньги подберет, тот и будет друг и товарищ того вора — хватайте его и ведите ко мне.

Узнал и про это малый вор. От радости не знает, что и делать. Достал он буйволиную кожу, сделал себе каламаны, подошвы дегтем обмазал и понес с собой. Подошел к той улице, сел, переобулся в новые каламаны, встал и пошел по усыпанной золотом улице. Идет, сам распевает что-то, голову высоко держит, на золото и не смотрит. Прошел улицу, снял с каламанов все золото, что к ним пристало, закопал в землю, встал и еще раз прошелся. Вышел в другой конец улицы, теперь здесь присел, снял с ног все приставшее золото, закопал и опять пошел. Так и гулял до вечера взад-вперед по той улице и чуть не все золото подобрал.

Вечером собрали караульные, что осталось, понесли к царю и говорят:

— Денег никто не брал, только какой-то человек с утра до вечера асе по той улице гулял.

Рассердился царь, что не схватили того человека, и этих караульных обезглавил.

Опять призвал царь всех своих советников, опять стал совещаться. А у царя была одна ученая лань: как спустят ее с привязи, побежит она и сядет у того дома, где царские недруги обитают. Вспомнили советники про эту лань: «Спустим ее; где она присядет, там и живет твой недруг и того вора товарищ».

Понравился царю этот совет. Спустили лань. Побежала лань, побежала и присела у того самого дома, где малый вор жил.

Проснулся малый вор, видит — у ворот царская лань сидит. Вор и раньше слышал про эту лань, а теперь, как увидел, тотчас понял, что ее привело сюда.

Вышел он, схватил лань, втащил ее в дом, заколол, разрезал и к потолку подвесил.

А царь ищет, ищет свою лань, все царство на ноги поставил. Нет, не найдут, пропала лань. Собрал царь советников и рассказал им, что из того дела вышло. Онемели советники, не знают, что и сказать.

Вдруг откуда ни возьмись появилась старуха. Приходит к царю и говорит:

— Узнала я, что ты лань свою потерял. Что дашь, если отыщу того, кто ее убил?

— Что попросишь, то и дам, — говорит царь,

— Так дашь мне дворянство?

— Даже княжество дам, Что дворянство! — говорит царь.

Встала старуха и пошла на поиски.

Брела, брела и добрела до дома малого вора.

Малого вора дома нет, выглянула жена большого вора.

Сказала старуха:

— Дочка, нет ли у тебя кусочка мяса лани, дай мне для больного, ради всего святого. Та и не знает, что у старухи на уме, вошла в дом, отрезала ей кусок мяса той лани и

дала.

Старуха от радости еле на ногах устояла. Схватила мясо и бежит. Бежит, а навстречу ей малый вор:

— Что это, старуха, ты несешь?

— Научили меня для больного достать мяса лани, вот в том доме, дай ей бог здоровья, одна женщина дала мне кусочек, — говорит старуха.

Малый вор тотчас смекнул, в чем тут дело. Понял он уловку хитрой старухи и говорит:

— Чем же тебе этот кусочек мяса поможет? Пойдем, пойдем, я тебе пол-лани дам, и сама поешь, и соседей накормишь, и для больного останется.

У старухи от радости голова закружилась, повернулась и пошла за вором. А малый вор заманил ее в дом, выхватил кинжал и убил ее. Потом взял ее труп и зарыл там же, под тахтой.

А царь ждет, ждет, думает, вот-вот вернется старуха.

Идет время — нет и нет старухи. Потерял царь надежду, собрал опять своих советников и говорит:

— Что же нам теперь делать, неужели так и не расправимся с этим вором? Ответили советники:

— Это, видно, такой ловкий и умный вор, что нам с ним не справиться. Встал тогда царь и объявил:

— Пусть тот вор сам придет ко мне, ничего я ему не сделаю, еще дочь свою ему в жены отдам, — видно, очень уж он умен, если столько мне зла причинил, а я ничего с ним сделать не могу.

Узнал малый вор про это, явился к царю и доложил:

— Я и есть тот вор, делайте теперь со мной, что хотите.

Не смог царь отказаться от своего слова и отдал ему в жены дочь.

Прослышал про это один соседний царь. Стал он писать этому царю письма — смеется, издевается над ним: «И не стыдно тебе, царю? Какой-то воришка до того тебя довел, что дочь твою в жены взял, зятем у тебя сел».

Очень обидна царю такая издевка, не вынес он, заболел и слег в постель.

Приходит к царю зять и спрашивает:

— Чем ты болен?

Рассказал царь все своему зятю.

— Это тебя и заботит? — говорит зять. — Дай мне только несколько дней, сам над тем царем посмеешься. Созови в такой-то и такой-то день гостей, устрой хороший пир, в этот день и я возвращусь.

Назначил срок и ушел.

Много ли он ходил или мало — дошел до царства того насмешника-царя. Остановился в одном доме, отдохнул, потом пошел, отыскал портного и сказал ему:

— Сшей мне платье из кожи самых разных цветов, а между швов вставь маленькие звенящие бубенчики.

Сшил портной платье из кожи всех цветов. Расплатился с ним вор, нарядился в то платье, взял в руки меч, что так и сверкал на солнце, и отправился к тому царю. Не пускают вора царедворцы, а вор как крикнет:

— Я есть Микэл-Габриэл, прислан самим богом — отвести в рай души ваших царя и царицы. А будете мне противиться, заберу и ваши души и прямо в ад их спущу!

Сам как двинется, все бубенчики так и звенят, заливаются.

Перепугались все — и дыхание от страха захватило, разбежались, позапрятались кто куда.

Вошел вор к царю. Увидел его царь, так и побелел весь. Начал этот Микэл-Габриэл:

— Даю вам с царицей три дня сроку. Кончайте все ваши земные дела, передайте ваше царство кому хотите, а сами разденьтесь догола, возьмите два сундука и полезайте туда голыми, а ключи сверху уложите. Через три дня явлюсь, замкну сундуки и отвезу вас куда надо, — сказал, повернулся и вышел.

Пришел домой, разделся и все эти три дня пил и веселился.

На третий день нарядился опять в то же цветное платье и пошел к царю. А царь и царица разделись, влезли голые в свои сундуки и ждут его, дрожат. Пришел вор и кричит:

— Как приедем в рай, — услышите музыку, я открою сундуки, а вы выскакивайте и начинайте прыгать и плясать; только смотрите, — глаз не открывайте, не то плохо будет.

Взял ключи, запер сундуки, взвалил их на спину и вынес. Вышел, навесил сундуки на осла, идет и тихонько погоняет осла:

— Аце! Аце!

В назначенное время явился к своему тестю. А царь созвал в тот день к себе из соседних царств много гостей, и такое у них веселье, что и время, глядя на них, радуется. Пришел вор, и только снял сундуки с осла, послышалась чудная музыка.

Открыл вор сундуки — выскочили голые царь с царицей и стали прыгать и кривляться. Смотрят все на их глупости, смеются, умирают со смеху.

Подошел к ним царь, остановил их, подал им царские платья и сказал:

— Рано еще вам на тот свет отправляться, возвращайтесь в ваше царство и правьте там честно. А это вам урок, чтоб впредь над другими не смеялись.

После этого еще больше полюбил царь своего зятя. А как умер — и все царство свое ему завещал.

автор admin \\ теги: Грузинские народные сказки

Было, да и не было ничего — жил один крестьянин. С большим трудом скопил он двести рублей, чтобы похоронили его как должно. Был у него мальчик-работник. Вот однажды жена крестьянина (самого не было дома) послала работника по воду.

А парень разбил кувшин, не идет домой, боится. К вечеру придумал, как быть. Приходит, показывает хозяйке горлышко кувшина и говорит:

— Смотри, что я нашел. Глянешь туда — весь мир увидишь. Просит хозяйка:

— Дай мне, бери хоть двадцать рублей.

— Нет, — говорит обманщик, — дай двести, а нет, так не отдам.

Одолело женщину любопытство — хочет весь свет увидеть, не выдержала, достала мужнины деньги и отдала.

Забрал парень полную сумку денег и ушел, а она спрятала горлышко кувшина, думает — придет муж, вместе поглядим.

Приходит крестьянин, встретила его жена, порадовала:

— Смотри, что я купила, глянешь туда — весь мир увидишь,—и протянула ему горлышко кувшина.

Понял муж, в чем дело, плачет, убивается:

— Горе мне, кому ты отдала с таким трудом нажитые деньги, разорила ты, сгубила меня!

Да уж что делать? Встал он, собрал кое-чего на дорогу и отправился искать обманщика.

Много ли он ходил или мало — да только где ему найти того парня?

Замучился крестьянин, сел у ручья, выпил воды, освежил себе лоб, сидит отдыхает.

А неподалеку был дом одного богатого дворянина.

Вот приходит к ручью слуга этого дворянина, увидел путника и спрашивает:

— Кто ты и куда путь держишь?

— Куда? К чертям, на тот свет! — говорит в сердцах бедный крестьянин. Пошел слуга к господам и докладывает:

— Там, у ручья сидит человек, на тот свет отправляется, не пошлете чего сыну? Обрадовались господа, позвали крестьянина, накормили, напоили, дали полный мешок

золота и серебра и говорят:

— Отнеси это сыну, раз уж ты туда отправляешься, да скажи, как выйдут деньги, пусть напишет, — пришлем еще.

Взвалил крестьянин на спину мешок и давай бежать к себе домой.

Приехал к тому дворянину зять.

Встретили его тесть с тещей, порадовали:

— А мы деньги сыну послали; встретили одного, что на тот свет отправлялся, упросили отнести.

— Ой, горе нам! — завопил зять. — Да он обманул вас, какое там на тот свет отправляется, присвоил он деньги, и все.

Вскочил на коня и помчался вдогонку.

Идет этот крестьянин, спешит, как только может, сам все оглядывается — не догадались ли, нет ли погони?

Видит — несется кто-то следом за ним на коне.

Что делать? Огляделся он — невдалеке мельница.

Вбежал во двор, видит, что сидит там лысый мельник. Закричал крестьянин:

— Спасайся скорей, царь лысых летит на коне, всех лысых убивает! — сам еле дышит, весь в испарине.

Испугался мельник, побежал, влез на тутовое дерево, притаился, а крестьянин обсыпал себя мукой и сидит как ни в чем не бывало.

Примчался зять.

— Куда тот беглец девался? — кричит он крестьянину, думая, что это мельник.

— Вот он, полез на тутовое дерево, — отвечает крестьянин. Соскочил зять с коня.

— Подержи-ка мне коня, — говорит, — а я с ним разделаюсь как следует, он у нас мешок золота обманом унес.

Влез на дерево, сбросил бедного мельника на землю и давай его разделывать. А крестьянин, что на тот свет отправлялся, вскочил на коня, увязал свой мешок с золотом и поехал домой.

автор admin \\ теги: Грузинские народные сказки